У меня есть допуск в артистик-тент, цирковое закулисье. Офисным туда нельзя (или только по крайне срочной неотложке, а с артистами вообще строго запрещено разговаривать за час до шоу). А мне можно. Я - опекун несовершеннолетнего. Имею право похлопать его по плечу и проверить - не горяч ли лобик... Так вот. В первый день, когда я там провела пол-дня, у меня случился эмоциональный перегруз и культурный шок. Огромный тент, где по бокам за занавесями - переодевалки, костюмерная, врачебный кабинет, тренерские. По центру - большое пространство для тренировок и репетиций, отдел с тренажерами, толстый круглый палас с зеркалами шведской стенкой, батут, трапеция... Артисты всех видов, возрастов и цвета кожи снуют, слоняются и разминаются. Некоторые лежат бревнами, закутавшись в махровые халаты и закрыв лица капюшонами. Тут девочка с ленточкой загибает ногу за плечо, там на перекладине кто-то вертится без остановки, эти двое выясняют отношения в духе Санта Барбары: "нет, ты скажи, кто я для тебя?" Тренер велит прыгунам сделать два бланша на подкидных шестах. Втроем и синхронно, пожалуйста. Шоколадный акробат с бритым черепом, закрыв глаза и заткнув уши наушниками, импровизирует фолк-джаз-балет. Нечеловеческой красоты фигуры. Замученные лица. Сосредоточенные лица. Отрешенные лица. Угрюмый клоун прошатался, шаркая тапками, в свою мрачную нору. Строго зыркнула дисциплинарная администраторша. Вдруг все ржут, - пришел бразилец, по ошибке ставший акробатом. На самом деле вот он и есть клоун по жизни, птица говорун и вечный двигатель. Он подпрыгивает на громадном резиновом мяче, стукая его пяткой, высовывая язык и повторяя: "Мелочь, а приятно". Он много чего по русски уже знает... (Лучше бы не знал.) Ритуалы перед выходом на сцену для исполнения номеров - строго индивидуализированы. Особого рода пожимания рук, жесты, прищелкивания и поклоны. У монитора, на котором можно видеть происходящее на сцене - большие диваны. Те, кто ждет своего выхода тусуются там, поглядывая на щоу или почитывая книжку. Как только их срок - они убегают в черную дыру, ведущую на подиум. И потом возникают мелкими светлыми фигурками на экране. А сюда доносится приглушенная реакция зала - иногда хлопают и орут, как ненормальные в две с половиной тысячи глоток. Иногда ахают. Вместе с теми, кто смотрит в монитор, а там - например, срыв исполнения или падение. Выскакивают обратно в артистик-тент после финальных поклонов, пузырясь и сверкая, как шампанское из бутылки. А Я, шатаясь, выползаю на улицу, как счастливый алкоголик.